Смута. Социальные движения в России в начале XVII в. Борьба с Речью Посполитой и со Швецией

2200919_original

На рубеже XVI—XVII вв. страна переживала структурный кризис. В области экономической кризис был тесно связан с последствиями Ливонской войны, опричнины и ростом феодальной эксплуатации. Экономический кризис стимулировал усиление крепостничества, которое вызывало социальную напряженность. Социальную неудовлетворенность испытывало и дворянство, возросшая роль которого мало соответствовала его положению. Глубоки были и политические причины Смуты. В процессе собирания земель Московское княжество превратилось в обширное государство, в XVI в. сильно продвинувшееся на путях централизации. Существенным образом изменилась социальная структура общества. Однако самодержавная тираническая модель взаимоотношения власти и общества, навязанная Иваном Грозным, показала свою несостоятельность. Сложнейший вопрос XVI в. — кто и как, с какими правами и обязанностями будет принадлежать к политической элите в государстве был перенесен в Смуту.

Смутное время  — это очень спорный период в истории России, хронологические рамки которого долгое время серьезно менялись. Однако сегодня исследователи договорились признавать за данным событием следующие периодические рамки — 1598-1613 (от избрания на Земском Соборе Бориса Годунова до избрания Михаила Федоровича Романова). Историки договорились и об основных причинах столь глубокого кризиса:

  1. Пресечение династии Рюриковичей;
  2. Опричнина, подорвавшая законные отношения в государстве между сословиями и обществом в целом;
  3. Тяжёлое экономическое положение государства. Завоевательные походы Ивана IV и Ливонская война потребовали значительного напряжения сил в экономике со стороны тяглых людей. 
  4. Социальная поляризация в обществе (настоящая пропасть между отдельными слоями, условно бедными холопами и крестьянами и зажиточными дворянами и боярами). Существующий строй вызывал отторжение у массы беглых крестьян, холопов, обедневшего посадского люда, казацкой вольницы и городовых казаков, а также значительной части служилых людей, а потому они убегали, не оплачивали налоги, поднимали восстания, занимались разбоем и грабежом
  5. Неудачная внешняя политика (Ливонская война). Россия ее фактически проиграла, она не могла защитить более свои земли, что позже спровоцирует Швецию и Речь Посполитую на активную интервенцию в Русское государство.

После смерти Ивана IV его наследник — царевич Федор (1584-1598) был не способен к делам правления, а младший сын, царевич Дмитрий был еще совсем младенцем. Еще при живом Иване Грозном постепенно стал выделяться родственник первой жены, Анастасии Романовой, — Борис Годунов, человек блестящего ума, но подлый на всевозможные интриги (именно ему приписывают убийство царевича Дмитрия — игрался ножиком и внезапно вспорол себе живот — отсюда события носят название «Угличская драма«). Уже при Федоре Ивановиче он стал вторым человеком в государстве. Даже при сакральном обряде венчания на царство Федор Иванович доверил Годунову подержать скипетр и державу (регалии оказались для Федора слишком тяжелы). Такое стремительное возвышение Годунова вызывало немало зависти у других влиятельных боярских родов. После смерти последних представителей Рюриковичей Дмитрия (1591) и Фёдора (1598), несмотря на жесточайшую конкуренцию, Борис Годунов смог взойти на престол и утвердить вторую династию в истории России — династию Годуновых. Это бел первый царь, избранный на Земском Соборе (большинство членов, которого тогда были в сговоре с Годуновым,  некоторые были даже его родственниками).

Царствование Бориса ознаменовалось начавшимся сближением России с Западом. Не было прежде на Руси государя, который столь благоволил бы к иностранцам, как Годунов. Он стал приглашать иноземцев на службу. Контакты Московского государства с Европой, ставшие активно развиваться еще во времена Ивана III, практически прекратились при Иване Грозном. В царствование Бориса связи с заграницей вновь оживились. В Москву ехали купцы, врачи, промышленники, военные, ученые люди. Они получали должности, хорошее жалование, земли с крестьянами. Было намерение у царя Бориса открыть в Москве университет, но тому помешало консервативное духовенство, боявшееся, что вместе со знанием на Русь придут и всяческие ереси. Европейская культура проникла в русский обиход. Это касалось одежды, жилья, светских церемоний и даже таких вещей, как бритье бород. Борис посылал русских людей на обучение за границу, но они, как правило, не хотели возвращаться на родину; впрочем, и у Петра Великого были с этим проблемы. Можно отметить также и другие общие стороны в политике этих двух правителей России, которых разделяет более 100 лет: сближение с Европой, перенесение западной культуры на русскую землю.

smuta

Однако Борису Годунову тотально не везло во внутренних делах. Следующие годы вплоть до 1603 г. были неурожайными, даже в летние месяцы не прекращались заморозки. Климат стал особо суровым. Начался масштабный страшный голод (1601-1603), жертвами которого стало до полумиллиона человек. Борис Годунов, понимая шаткость под ним царского стола, стремился по-быстрому урегулировать эту проблему. Началась масштабная раздача хлеба из царских амбаров. Массы народа стекались в Москву, где правительство раздавало деньги и хлеб нуждающимся. Однако эти меры лишь усилили хозяйственную дезорганизацию. Помещики не могли прокормить своих холопов и слуг и выгоняли их из усадеб. Оставшиеся без средств к существованию люди обращались к грабежу и разбою, усиливая общий хаос. Отдельные банды разрастались до нескольких сотен человек. Так, например, один из них — отряд атамана Хлопка, насчитывавший до 600 человек, поднял восстание прямо при раздачах, что учинило настоящую давку, еще большую ненависть к фигуре царя.

Вскоре появился «новый герой» — якобы спасшийся Дмитрий (Пелёночник), который готов спасти русский народ от бедствий, которые легли на него из-за восшествия «не того», «богом не выбранного» царя. Начинается настоящая эпоха самозванства на Руси.

Наивно думать, что самозванство — присвоение себе имени и прав той или иной особы царствующего дома — есть только порождение «наивного монархизма» народа. Самозванство имело то преимущество, что служило всем недовольным внутренним оправданием для выступления против правящего государя. При обожествлении царя и царской власти поддержка истинного монарха — будь то царь, сидящий на престоле, или претендент-самозванец, доказывающий законность своих притязаний, — становилась обязательной, угодной Богу. Эта особенность национального самосознания и придавала самозванству на русской почве особый размах. Первым самозванцем стал, по наиболее распространенной версии, молодой небогатый галичский дворянин Григорий Отрепьев. Существует предположение, что противники Годунова готовили его к роли царевича Дмитрия еще в Москве. Опала Романовых заставила его искать спасения под монашеским клобуком. Он принял постриг и попал даже в окружение патриарха Иова. Однако непомерное честолюбие и угроза разоблачения побудили его бежать из Москвы в Речь Посполитую. Здесь после ряда неудачных попыток Отрепьев открыл крупным православным магнатам Вишневецким свою «тайну»: он законный московский государь, чудом спасшийся царевич Дмитрий Иванович. Но, конечно, в решении поддержать самозванца польская сторона исходила из собственных интересов. Король Сигизмунд III решил использовать его для ослабления Бориса Годунова. Он многое обещал: к Речи Посполитой должны были отойти Смоленск и Северская земля. В Сандомире, где некоторое время жил Отрепьев, он увлекся Мариной Мнишек, дочерью сандомирского воеводы Юрия Мнишека, который в надежде на удачу и обогащение принял активное участие в авантюре и дал согласие на будущий брак. На содержание невесте тут же были «отписаны» земли, среди которых значился Новгород.  Наконец, чтобы окончательно склонить на свою сторону поляков и заручиться поддержкой папы римского, Отрепьев тайно принял католичество. При этом он обещал содействовать утверждению западного христианства у себя на родине. Несмотря на покровительство короля и поддержку ряда влиятельных магнатов, возможности самозванца были сильно ограничены. Тем не менее человек смелый, с авантюристической жилкой, он в конце 1604 г. с небольшим отрядом, состоящим из поляков-наемников, русских дворян-эмигрантов и присоединившихся позднее запорожских и донских казаков, пересек границы Московского государства. Первоначально успех сопутствовал ему — города один за другим открывали «царевичу» ворота. Пали Моравск, Чернигов, Путивль, Рыльск, Кромы. Здесь к самозванцу примкнуло немало сторонников: юго-западная окраина издавна служила местом сосредоточения самых динамичных слоев русского общества, недовольных своим положением.

В разгар противоборства 13 апреля 1605 г. неожиданно скончался Борис Годунов. После его смерти чаша весов стала быстро склоняться в пользу самозванца, в котором оппозиция увидела силу, способную свалить ненавистную династию. Сын Бориса Федор не имел ни опыта, ни авторитета, чтобы удержать власть. В мае на сторону Лжедмитрия I перешли царские полки. Это решило исход борьбы. Федор и его мать были убиты. 20 июня 1605 г. самозванец торжественно вступил в Москву. С именем царевича Лжедмитрия связывались самые сокровенные надежды, которые должны были осуществиться по восшествии его на «прародительский» престол. Новый царь оказался деятельным правителем. Обладая умом быстрым, самозванец не боялся преступать многие православные традиции и открыто демонстрировать свою приверженность к польским обычаям. Это насторожило, а позднее и настроило против него окружение. Но не поведение — главная причина краткости правления Отрепьева. Сесть на престол оказалось легче, чем усидеть на нем. Едва самозванец свалил Годунова, как он стал ненужным боярству. Очень скоро был составлен заговор, во главе которого стоял В. И. Шуйский. Но заговор провалился. Лжедмитрий, желая продемонстрировать свое милосердие, помиловал приговоренного к смерти Шуйского.

Скоро самозванцу напомнили о взятых обязательствах его зарубежные покровители. Однако он прекрасно понимал, что их выполнение будет иметь для него самоубийственные последствия. Православие не было поколеблено. Лжедмитрий лишь низвел с патриаршего престола сторонника Годунова Иова. Не собирался он отдавать Смоленск и Северскую землю, предложив Сигизмунду III взамен денежный выкуп. Все это вело к обострению отношений с Речью Посполитой. Чтобы притупить их остроту, самозванец выступил с идеей общехристианского похода против татар и турок. Но мысль о войне с ее тяготами пугала дворянство и настраивало его против самозванца. Сложным было и внутреннее положение Отрепьева. Прежняя политика обещаний и лавирования исчерпала себя. Обильные пожалования, с помощью которых «царь Дмитрий Иванович» надеялся упрочить свое положение, имели предел. Следовало пополнить казну, а это должно было привести к ужесточению налогообложения, тогда как самозванец обещал его ослабление. Обращение же за финансовой помощью к церкви вызвало ропот духовенства, которое усмотрело в этом посягательство на свою собственность. Обманутым чувствовало себя крестьянство, мечтавшее о восстановлении выхода. Но сделать это — значило столкнуться с дворянством.

7

Слева направо: Борис Годунов, Лжедмитрий I, Василий IV Шуйский, Михаил Васильевич Скопин-Шуйский

Лжедмитрий I оказался в замкнутом круге. Росло разочарование, которое испытывали все слои общества. Однако само это недовольство не успело принять сколько-нибудь законченные формы. Дело решил заговор, во главе которого вновь оказался В. И. Шуйский. В начале мая 1606 г. состоялась свадьба Лжедмитрия с Мариной Мнишек. Свадебные торжества, проведенные на польский образец, неправославная царица, оскорбительное поведение наехавших в Москву польских магнатов и шляхтичей вызвали взрыв возмущения. Этим воспользовались заговорщики. 17 мая 1606 г. вспыхнуло восстание. Заговорщики ринулись в Кремль и убили самозванца. Марина Мнишек и ее гости были схвачены и разосланы по городам… 19 мая сторонниками В. Шуйского был созван импровизированный Земский собор, на котором, как позднее утверждали противники нового монарха, потомок нижегородских князей Василий Иванович был «выкрикнут» царем. Сам Шуйский не особенно заботился о соблюдении всех тонкостей. Его более беспокоила позиция Боярской думы. Чтобы привлечь ее, новый царь пошел навстречу притязаниям аристократии, давно мечтавшей огородить себя от самодержавного произвола целым рядом обязательств, которые возлагал на себя монарх. Шуйский дал крестоцеловальную записьв которой обещал соблюдать законность: не налагать ни на кого опал и не казнить без суда, не отнимать имущества у родственников осужденных, не слушать «ложных доводов». В подобной записи многие историки видят шаг к ограничению царской власти. Человек, оказавшийся волею судьбы на московском престоле, не пользовался ни авторитетом, ни народной любовью. Главным качеством характера Шуйского было лицемерие, любимый способ борьбы — интрига и ложь. Он был недоверчив, коварен, однако не обладал ни государственным умом, ни опытом. При правителе Борисе Годунове Шуйский был главой следственной комиссии в Угличе. Этот человек не был способен остановить развал государственности. С самого начала Шуйский не пользовался широкой поддержкой. Законность его избрания признали далеко не все.

Знаменем оппозиции вновь стало имя царя Дмитрия Ивановича, который, по слухам, спасся и на этот раз. Шуйский срочно организовал церемонию перезахоронения мощей царевича, причисленного к лику святых. В Углич за его гробом отправился ростовский митрополит Филарет (Ф. Н. Романов), возвращенный из ссылки еще Лжедмитрием I. Царь, по-видимому, сулил ему патриаршество, но по возвращении обманул, испугавшись встретить в Романове личность независимую. Вместо низведенного патриарха Игнатия, ставленника самозванца, на патриарший престол был избран казанский митрополит Гермоген — человек фанатичный и твердый в вере.

Против Шуйского выступило население порубежных уездов. Летом 1606 г. движение стало приобретать организованный характер. Были созданы две большие повстанческие армии в районе Кром и Ельца. Появился и руководитель — Иван Болотников, который, по-видимому, принадлежал к верхушке холопства. Холопство было неоднородным институтом. Верхи холопов, приближенные к своим владельцам, занимали достаточно высокое положение. Не случайно многие провинциальные дворяне охотно шли в холопы. Он был военным холопом А. Телятевского и, скорее всего, дворянином по своему происхождению. Болотников побывал в крымском и турецком плену, был гребцом на галере, захваченной затем «немцами». Существует предположение, что при возвращении из плена — через Италию, Венгрию, Речь Посполитую — Болотников успел повоевать на стороне австрийского императора предводителем наемного казацкого отряда против турок.

Собравшиеся под знаменами «царя Дмитрия Ивановича» представляли собой сложный конгломерат сил. Здесь были не только выходцы из низов, но служилые люди по прибору и отечеству. Едины они были в своем неприятии новоизбранного царя, различны в своих социальных устремлениях. После успешной битвы под Кромами в августе 1606 г. восставшие заняли Елец, Тулу, Калугу, Каширу и к концу года подступили к Москве. Сил для полной блокады столицы не хватило, и это дало возможность Шуйскому мобилизовать все свои ресурсы. К этому времени в стане сторонников «царя Дмитрия» произошел раскол, и отряды Ляпунова и Пашкова перешли на сторону Шуйского. Сражение под Москвой 2 декабря 1606 г. окончилось поражением Болотникова. Последний после ряда сражений отступил к Туле, под защиту каменных стен города. Сам В. Шуйский выступил против восставших и в июне 1607 г. подошел к Туле. Несколько месяцев царские войска безуспешно пытались взять город, пока не перегородили реку Упу и не затопили крепость. Вскоре произошла расправа над Болотниковым.

Сложно дать однозначную оценку характера восстания Болотникова. Движение было направлено не на разрушение существующей социальной системы, а на перемену лиц и целых социальных групп внутри ее. Участники выступления, бывшие крестьяне, холопы, стремились закрепиться в новом социальном статусе служилых людей, «вольных казаков». К повышению своего статуса стремилось и дворянство. В стране, где более 90% населения — крестьянство, большая часть которого проживала во владениях светских и духовных феодалов, иначе и быть не могло. Однако антикрепостнический запал находил свое выражение прежде всего в ослаблении, а в последующем и в прогрессирующем разрушении государственности. В условиях кризиса всех структур у власти просто не оставалось сил удержать крестьян от выхода. Стремясь заручиться поддержкой дворянства, Шуйский 9 марта 1607 г. издал обширное крепостническое законодательство, которое предусматривало значительное увеличение срока урочных лет. Сыск беглых становился должностной обязанностью местной администрации. Однако Уложение 1607 г. носило скорее декларативный характер. В контексте событий для крестьянства актуальной становилась проблема не выхода, восстанавливаемого явочным путем, а поиска владельца, который бы обеспечивал стабильность жизни.

8

Польская интервенция (1610-1612)

Необходим был лишь новый центр притяжения оппозиции. Вскоре появился Лжедмитрий II. Вокруг самозванца объединились чрезвычайно разнообразные силы. Вдохновленные историей с Лжедмитрием I, они надеялись на богатое вознаграждение. К самозванцу примкнули польские отряды Лисовского, гетмана Рожинского и Сапеги. Быстро росло число русских сторонников: разбитые отряды Болотникова, «вольное казачество» во главе с атаманом Иваном Заруцким, все недовольные Шуйским. Признала мужа и Марина Мнишек, освобожденная Шуйским по настоянию Сигизмунда III. Она присоединилась к Лжедмитрию II, закрепив политический союз тайным браком. Не успев соединиться с отрядами Болотникова, Лжедмитрий отступил в Путивль, откуда в начале 1608 г. двинулся на Москву. В июне 1608 г. он расположился в подмосковном селе Тушино, откуда пошло его презрительное прозвище «Тушинский вор».

Началась еще одна осада Москвы. Постепенно власть Лжедмитрия II распространилась на значительную территорию. По сути, в стране установилось своеобразное двоевластие, когда ни одна из сторон не имела сил для того, чтобы добиться решающего перевеса. Два года существовали «параллельные» системы власти: две столицы — Москва и Тушино, два государя — цари Василий Иванович и Дмитрий Иванович, два патриарха — Гермоген и ростовский митрополит Филарет, которого силой привезли в Тушино и «нарекли» патриархом. Функционировали две системы приказов и две Думы, причем в тушинской было немало людей знатных. Это было время так называемых «перелетов» — зримого проявления нравственного оскудения общества, когда дворяне по нескольку раз переходили из одного лагеря в другой ради получения наград и сохранения за собой нажитого при любом исходе. Военные действия вели к разорению и потерям. В 1609 г. гетман Сапега осадил Троице-Сергиев монастырь. Героическая оборона монастыря способствовала укреплению национального чувства и сильно повредила самозванцу, покровителю поляков — разорителей православных святынь. Однако Шуйский более полагался не на патриотические чувства, а на реальную силу. В 1609 г. он заключил договор со Швецией, по которому в обмен на уступленную Корельскую волость шведы оказывали военную помощь московскому государю. На практике дипломатическая акция царя принесла ему больше минусов, чем плюсов: договор нарушал прежнее соглашение с поляками и давал Сигизмунду III повод для открытого вмешательства в московские дела и преодоления внутренней оппозиции, выступавшей против войны на Востоке.

Осенью 1609 г. польские войска осадили Смоленск. Героическая оборона Смоленска, сковав короля и вдохновив русских людей, оказала большое влияние на ход Смуты. В условиях открытой интервенции Речи Посполитой Тушинский вор уже не был нужен полякам. Часть их из Тушина потянулась под Смоленск, другая продолжала действовать самостоятельно, совершенно не считаясь с самозванцем. Большие опасения вызывали у Лжедмитрия II новгородские полки молодого воеводы, родственника царя М. В. Скопина-Шуйского, которые вместе со вспомогательными отрядами шведов двинулись освобождать столицу от тушинцев. В окружении Лжедмитрия II назревал кризис. В декабре 1609 г. самозванец бежал в Калугу. Это ускорило распад тушинского лагеря. Часть русских тушинцев, которые не желали никакой договоренности с Шуйским, стали искать выхода из политического и династического кризиса в сближении с польским королем. В этом они видели единственный способ достижения консолидации и сохранения собственных позиций, одоления той же тушинской казачьей вольницы, которая объединилась вокруг самозванца в Калуге.

В феврале 1610 г. русские тушинцы во главе с М. Г. Салтыковым заключили под Смоленском с Сигизмундом III соглашение о призвании на престол его сына, королевича Владислава. Авторы договора стремились сохранить основы русского строя жизни: Владислав должен был блюсти православие, прежний административный порядок и сословное устройство. Власть королевича ограничивалась Боярской думой и даже Земским собором. Ряд статей должен был защитить интересы русского дворянства и боярства от проникновения «панов». Примечательно, что тушинцы оговорили право выезда для науки в христианские земли. Договор был шагом в конституировании прав господствующих сословий по польскому образцу. Камнем преткновения для русских тушинцев оказался вероисповедальный вопрос. Они настаивали, чтобы Владислав принял православие. Сигизмунд, ревностный воспитанник иезуитов, не соглашался. В перспективе он мечтал о династической унии Речи Посполитой и России. Но польским королем не мог быть не католик. В итоге вопрос вероисповедания Владислава так и остался открытым. Между тем М. Скопин-Шуйский в марте 1610 г. торжественно вступил в освобожденную столицу. Молодой князь пользовался необычайной популярностью. Но в апреле он скоропостижно скончался. Ходили слухи, что его отравил брат бездетного царя, Д. Шуйский, из-за опасения, что тот займет престол в случае смерти царя. Смерть князя погубила Шуйских. Они лишились единственной близкой им личности, которая могла бы сплотить все слои русского общества.

В июне 1610 г. гетман Жолкевский поразил царские войска под командованием бездарного Д. Шуйского у села Клушино близ Можайска. Сражение не отличалось упорством: иноземцы изменили, русские не собирались стоять насмерть за Василия Шуйского. Жолкевский двинулся на Москву. В это время из Калуги к городу приблизился Лжедмитрий II, обратившийся к жителям с призывами открыть ворота «природному государю». Сложилась крайне неопределенная ситуация. 17 июля 1610 г. бояре и дворяне во главе с Захарием Ляпуновым, братом Прокопия Ляпунова, свергли Шуйского с престола. Два дня спустя, во избежание попыток реставрации, он был насильственно пострижен в монахи. Заговорщики обещали выбрать государя совместно с народом. До выборов царя власть переходила к правительству из 7 бояр, так называемой «Семибоярщине». Выступая против Шуйского, участники заговора надеялись, что так же поступит с Лжедмитрием II и его окружение — в удалении этих двух одиозных фигур виделось главное условие для преодоления розни. Но обещание не было выполнено. Самозванец по-прежнему угрожал захватом Москвы, анархией и переменами в составе правящих лиц и социальных групп. Не имея реальной силы, «Семибоярщина» искала стабильности. В этих условиях в августе 1610 г. был заключен договор о призвании королевича Владислава на русский престол. Договор во многом повторял соглашение, заключенное ранее русскими тушинцами. Но если там вероисповедальный вопрос остался открытым, то Москва теперь присягала новому государю Владиславу с обязательным условием, что «ему, государю, быть в нашей православной вере греческого закона».

1

Договор позволил правительству «Семибоярщины» ввести в столицу польские войска. Лжедмитрий II вместе с Мариной Мнишек и «вольными казаками» под предводительством Ивана Заруцкого отступил в Калугу. Поляки, оказавшись в Кремле, вели себя как завоеватели. Королевич не появлялся. От его имени правил наместник Александр Гонсевский, опиравшийся на узкий круг русских доброхотов польского короля — боярина М. Салтыкова и «торгового мужика» Ф. Андронова. Нарушались статьи августовского договора. Продолжалась осада Смоленска. Для урегулирования разногласий и окончательного достижения договоренности в королевский лагерь было направлено Великое посольство. В его состав по настоянию поляков включили лиц влиятельных, способных возглавить оппозицию и даже претендовать на престол, — князя В. В. Голицына и бывшего тушинского патриарха Филарета. Переговоры, однако, вскоре зашли в тупик. Сигизмунд отказывался снять осаду и отпустить 15-летнего Владислава в Москву. Неизменной оставалась его позиция относительно православия Владислава. Больше того, скоро стало понятным тайное намерение короля самому взойти на русский престол. Стороны были в неравном положении — столкнувшись с неуступчивостью послов, король попросту приказал арестовать их. Избрание Владислава не принесло желаемого мира. Государственность разрушена, общество расколото. В Москве, стоял польский гарнизон, страной управляло марионеточное правительство. Приближалась к концу осада изнемогавшего Смоленска.

Интервенция Шведов (1611-1613)

Свержение Шуйского освободило руки шведскому королю Карлу IX, противнику Сигизмунда III. Шведы оккупировали значительную часть северо-запада России. Огромную роль сыграли церковь и церковные деятели, прежде всего патриарх Гермоген, а позднее настоятель Троице-Сергиева монастыря Дионисий. Патриарх возглавил национально-религиозные силы, и первый, ссылаясь на нарушение польской стороной договоренности (прежде всего о православии государя и уходе «литовских людей» за пределы государства), освободил подданных от присяги Владиславу и призвал к сопротивлению. Церковь дала движению национальную идею — защиту православия и восстановление православного царства. Вокруг этой идеи началась консолидация здоровых сил общества. Решающую роль сыграла земщина, традиции которой, как оказалось, не были подорваны предыдущими царствованиями. В 1610—1611 гг. земские миры выступили организующей силой. Земщина объединила патриотические силы, привлекла и материально обеспечила дворян, других служилых людей и отряды «вольных казаков» — реальную воинскую силу, которая могла изгнать интервентов. В стране созревает идея созыва всенародного ополчения. Его созданию способствовала гибель в декабре 1610 г. Лжедмитрия II. Отряды вольных казаков под предводительством И. Заруцкого и князя Дмитрия Трубецкого присоединились к дворянским отрядам Прокопия Ляпунова и образовали Первое ополчение. Ляпунов, призывая всех воинских людей принять участие в освобождении Москвы, сулил «волю и жалованье».

Весной 1611 г. ополчение осадило Москву, заняв часть города. Накануне его появления, в марте, в столице вспыхнуло восстание. Завязались упорные бои на улицах. Активным участником восстания стал Д. М. Пожарский, который был ранен и вывезен в свою нижегородскую вотчину. Не имея сил для того, чтобы справиться с москвичами, поляки выжгли посад. Ополчение создало высший временный орган власти страны — Совет всей землиНо действовал он нерешительно, скованный внутренними разногласиями и взаимными подозрениями. Казаки плохо ладили с дворянами. Дворяне опасались казаков, видя в казачьих станицах пристанище для беглых, а в самих казаках — соперников по службе. Ляпунов хотел силой навести порядок. Известия о будто бы совершенной им расправе над казаками переполнили чашу терпения. 22 июля 1611 г. вызванный на казачий круг Ляпунов был убит. Смерть Ляпунова привела к распаду Первого ополчения. Дворяне покинули подмосковный лагерь. Казаки Трубецкого и Заруцкого продолжили осаду, но они не были достаточно сильны, чтобы справиться с польским гарнизоном. Эти события совпали с падением Смоленска в начале июня 1611 г. Сигизмунд III открыто объявил о своем намерении сесть на московский престол. Активизировали свои действия и шведы. 16 июля был занят Новгород, власти договорились с Карлом IX об избрании царем его сына принца Карла-Филиппа.

 iv_1612_02_pojarsky_minin

Кузьма Минин и Дмитрий Пожарский — Второй ополчение (1612 г.)

Но земщина вновь показала свою способность к возрождению. В провинциальных городах началось движение за организацию Второго ополчения. Осенью 1611 г. староста нижегородского посада Кузьма Минин обратился с призывом пожертвовать всем ради освобождения России. Под его началом городской совет собирал средства для призыва ратных людей. Был избран и воевода, отличавшийся «крепкостоянием» и внутренней честностью, — Д. М. Пожарский. Последний вместе с «выборным человеком» Кузьмой Мининым возглавил новый Совет всей земли. Второе ополчение не сразу выступило к Москве. Поднявшись вверх по Волге, оно более четырех месяцев простояло в Ярославле, завершая организацию правительства и основных приказов. Это необходимо было, чтобы, во-первых, опираясь на менее разоренные северные города, собраться с силами и средствами и, во-вторых, договориться с вольными казаками. Между тем, в подмосковных группировках произошел раскол. Честолюбивый И. Заруцкий, мечтавший о самостоятельной роли, ушел со своими сторонниками в Коломну, где находилась Марина Мнишек и ее сын от Лжедмитрия II, Иван-«воренок», по определению современников. Имя Ивана Дмитриевича, «законного» наследника престола, давало Заруцкому желаемую свободу действий и независимость. Оставшаяся часть вольного казачества одно время присягнула очередному Лжедмитрию III, объявившемуся в Пскове. Однако самозванческая идея сильно скомпрометировала себя, и казаки скоро отступили от «псковского вора». В августе 1612 г. Второе ополчение пришло под Москву. В сентябре подмосковные воеводы договорились наступать на Москву. Было образовано единое правительство, выступавшее отныне от имени обоих воевод, князей Трубецкого и Пожарского. Еще до этого, в 20-х числах августа, ополченцы отразили попытку гетмана Хоткевича освободить осажденный польский гарнизон. Однако поляки упорствовали. Им было жалко расставаться с богатой добычей, награбленной в Москве. Сильно надеялись они на помощь короля. Но Сигизмунд III столкнулся с целым рядом трудностей: шляхта, в частности, опасаясь самодержавных устремлений короля, усиленных ресурсами Москвы, ограничивала его силы. Сигизмунд III отступил. Польские и литовские люди изнемогали. 22 октября был взят Китай-город. Четыре дня спустя, 26 октября 1612 г., капитулировал кремлевский гарнизон. Москва была освобождена.

 памятник минину и пожарскому

Памятник Минину и Пожарскому на Красной Площади. Иван Мартос, 1818 г.

Тотчас же после освобождения правительство Трубецкого и Пожарского созвало в Москву выборных из всех городов. В истории сословного представительства Земский собор 1613 г. — самый представительный и многочисленный из всех, какие только собирались в XVI—XVII вв. На нем оказались выборные от дворянства, посада, белого духовенства и черносошного крестьянства. Большую роль в деятельности собора играли казаки. Главным вопросом был вопрос об избрании государя. В результате острых споров наиболее приемлемой оказалась кандидатура 16-летнего Михаила Федоровича Романова. Он стал реальным претендентом на престол не потому, что был лучше, а потому, что устроил в конечном счете всех. М. Романов был относительно «нейтрален»: не успев ничем проявить себя, он позволял связывать с собой все мечты и чаяния о преодолении Смуты. Подобно тому, как некогда имя царя Дмитрия воплощало в себе целую легенду, так и Романов был олицетворением программы возвращения к «старине и покою», примирению и компромиссу всех общественных сил. Своей родственной связью с прежней династией Михаил Федорович более всего воплощал идею возврата к старине. История рода Романовых также способствовала выбору. Для аристократии они были свои — почтенный старомосковский боярский род. Пользовались Романовы, благодаря тушинскому патриаршеству Филарета, популярностью среди вольного казачества — им не приходилось опасаться репрессий, связанных с пребыванием в лагере Лжедмитрия II. Поскольку тот же Филарет был в числе великих послов, отправленных под Смоленск вести переговоры об избрании Владислава, спокойны были и сторонники королевича. Однако до последнего момента стороны готовы были оспаривать престол. Решающим оказалось давление вольного казачества, которое преобладало на момент избрания в Москве и заставило аристократию и духовенство поспешить с выбором. По некоторым сведениям, при вступлении на престол в феврале 1613 г. Михаил Федорович дал обязательство не править без участия Земского собора и Боярской думы. Подобное было вполне вероятно — уже сложилась своеобразная традиция воцарения, обставленная целым рядом условий.

Так закончилась Смута — тяжелейшее потрясение начала XVII в., которое по своему характеру, остроте социально-политического противостояния и способам разрешения противоречий многие исследователи справедливо приравнивают к гражданской войне.

Обелиск в Новгороде Минину и Пожарскому

Обелиск в Нижнем Новгороде Минину и Пожарскому. Установлен в 1828 г., спроектирован архитектором А.И. Мельниковым по эскизу И.Мартоса.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *