Особенности экономики России в XVIII — первой половине XIX в.: господство крепостного права и зарождение капиталистических отношений. Начало промышленного переворота

 

27

Ключевые слова: мануфактуры, подушная подать, таможенный устав, генеральный регламент, рекрутская повинность, государственные крестьяне, посессионные крестьяне, приписные крестьяне, жалованная грамота дворянству, жалованная грамота городам.

XVIII в. — это особое время в истории социально-экономической России. В это время Россия активно переходила к капиталистическому обществу, сохраняя свою многовековую многоукладность. В экономике России получили свое дальнейшее развитие процессы, начавшиеся еще в допетровские времена. В  оборот все более интенсивно вводились новые земли, прежде всего в южных районах страны. Освоение плодороднейшего чернозема Украины и Новороссии стало возможно благодаря успешному завершению русско-турецких войн в XVIII в. и присоединению к России Северного Причерноморья и Крыма. Богатые урожаи давали излишек зерна, который шел и на внутренний рынок, и благодаря черноморским портам на экспорт. Центральные и северные регионы страны начинают специализироваться на производстве льна, конопли, кож, тем более что на это сырье возникает все больший спрос. С одной стороны, в нем нуждаются бурно развивающиеся крестьянские промыслы; с другой — мануфактурное производство. Во второй половине XVIII в. появляются частные мануфактуры, принадлежавшие в основном дворянам и купцам, которые ориентировались уже не на казенные поставки, а на рывок. Однако определяющую роль в промышленности продолжают играть мануфактуры, обслуживающие государственные потребности: металлургические, суконные, парусинные и пр. Успехи мануфактурного производства позволили уже в середине XVIII в. удовлетворять основные потребности страны отечественной продукцией, часть которой — железо, парусина — шла на экспорт.

Все это способствовало становлению рыночных отношений: к концу XVIII в. окончательно сложился всероссийский внутренний рынок.

Социальная и экономическая политика Петра I

Внутренняя политика Петра I отличалась некоторыми существенными особенностями, проистекавшими из его социально-политических взглядов. Одна из особенностей состояла в том, что царь считал себя слугой государства, он ему служил. В 1713 г. он писал, что служит свыше 18 лет, т. е. с 1695 г. В другой раз он прямо назвал 1695 г. первым годом своей службы: «начал служить с первого Азовского походу бомбардиром». Под службой государству Петр подразумевал все сферы своей разнообразной деятельности: участие в сражениях и дипломатических переговорах, в сочинении законов и в кораблестроении, в проведении административных реформ и в распространении просвещения.

Своим отношением к службе царь подавал пример подданным: если находился на поле брани, то «живота своего не жалел», если учился кораблестроению, то отдавал всего себя любимому делу, если сочинял законы, то переделывал их множество раз, пока не достигал четкости и ясности формулировок. Показывая руки волонтеру, недавно прибывшему из-за границы, Петр произнес фразу, расшифровавшую суть его отношения к царствованию: «Видишь, братец, я и царь, да у меня на руках мозоли, а все оттого: показать вам пример и хотя б под старость видеть мне достойных помощников и слуг отечеству». Петр представлял и цель своей службы — достижение «общего блага». Что он понимал под общим благом, можно лишь догадываться. Во всяком случае, это не всеобщее благоденствие подданных, ибо царь укреплял сословный строй, в котором заранее при рождении заложено социальное и правовое неравенство: помещик и принадлежавший ему крестьянин занимали полярные позиции в социальной структуре общества.

Похоже, под общим благом царь подразумевал способность каждого подданного в зависимости от сословной принадлежности беспрекословно и четко выполнять обязанности, возложенные на него государством. Идея службы подданных государству пронизывает законодательство петровского времени, охватившее все сферы жизни подданных: хозяйственную, семейную, духовную, нравственную и т. д. Наконец, Петру, как ему казалось, были известны и рычаги, при помощи которых можно было достичь желаемого им общего блага. Главнейшими из них являлись разумные законы, регламентировавшие жизнь подданных, и органы государственной власти, контролировавшие их исполнение. Отсюда живейший интерес царя к законотворчеству и к административным реформам.

Как жило дворянство в петровской России? Было бы ошибочно полагать, что дворянство при Петре I жило в роскоши и праздности. В действительности оно было обременено множеством повинностей, в том числе и неведомых дворянину XVII в. Главное новшество состояло в превращении эпизодических сборов поместной конницы в связи с открытием военных действий в непрерывную пожизненную службу, от которой дворянина освобождало либо увечье, либо болезнь. Изменилась форма вознаграждения за службу: раньше государство расплачивалось с дворянином землей и крестьянами, теперь, вследствие исчерпания земельного фонда, государство перешло к денежному вознаграждению дворян, занимавших офицерские должности в армии и руководящие посты в правительственной администрации. К новым повинностям дворян относится их обязанность учиться.

Повинность считалась обременительной настолько, что родители всеми правдами и неправдами стремились уберечь свое чадо от пребывания в школах и в особенности от поездки для обучения за границу. Созданные при Петре учебные заведения напоминали казарму, а учащиеся — рекрутов. Не позавидуешь и участи волонтеров, отправленных за границу. Без знания языка и обычаев, не приспособленные к самостоятельности, нередко своевременно не получая денег на пропитание, они оказывались в крайне тяжелом положении. Многие дворяне стремились уклониться и от службы, где надо было рисковать жизнью, и от обучения, где надлежало напрягать находившийся в спячке интеллект. Изобретательность дворян в поисках способов уклониться от службы (мнимая болезнь, укрывательство от посыльных, взятки, покровительство «сильных персон» и т. д.) не знала пределов.

Но и царь не оставался в долгу: он устраивал дворянские смотры, на которые обязаны были являться все недоросли на предмет определения их годности к службе, поощрял рвение доносителей, обнаруживавших дворян, уклонявшихся от службы. Карательные меры не давали должного эффекта, и тогда царь в 1714 г. издает так называемый Указ о единонаследии, цель которого состояла в том, чтобы побудить самих дворян проявлять интерес к службе. Прежний порядок наследования имущества, когда имение делилось равными долями между сыновьями, предоставляя каждому из них иметь «дармовой хлеб» и «жить в праздности», отменялся. Согласно Указу о единонаследии имение передавалось только одному сыну (не обязательно старшему), а остальные должны были «хлеба своего искать службою, учением, торгами и прочим». В том же 1714 г. Петр изобрел способ принудить дворян учиться — указом было запрещено священнослужителям регистрировать брак, если жених был неграмотным.

culture_xviii_4

Табель о рангах 1722 г. 

Громадное влияние на судьбы дворянства оказала Табель о рангах 1722 г. Главная особенность этого акта состояла в определении принципиально иных критериев служебной годности, чем те, которыми руководствовались ранее. Табель о рангах на первый план выдвигала не породу, а способности, образованность и, употребляя современную терминологию, профессионализм претендента на ту или иную должность. Табель устанавливала 14 рангов, или ступеней, на военной, военно-морской и гражданской службе — от прапорщика на военной и коллежского регистратора на гражданской до фельдмаршала, генерал-адмирала и канцлера. Значение Табели о рангах состояло и в предоставлении возможностей «подлородным людям», за исключением крепостных крестьян, проникать в ряды дворянства.

Всякий получивший первый офицерский чин, т. е. 14-й ранг, приобретал потомственное дворянство. На гражданской службе потомственное дворянство предоставлялось дослужившимся до 8-го ранга (коллежского асессора). Табель о рангах, таким образом, предоставляла возможность пополнять дворянское сословие талантливыми выходцами из других социальных групп. Достаточно назвать имена таких крупных государственных деятелей, соратников Петра Великого, вышедших из низов общества, как бывший пирожник А. Д. Меншиков, ставший фельдмаршалом и талантливым администратором, сын органиста П. И. Ягужинский, поднявшийся на высшую должность в бюрократической иерархии — генерал-прокурора Сената, бывший холоп боярина Б. П. Шереметева А. А. Курбатов, ставший первым в стране прибыльщиком, руководителем Оружейной палаты, а затем архангелогородским вице-губернатором.

С царствованием Петра I связан новый виток в развитии крепостного права, сопровождавшийся ужесточением крепостнического режима и увеличением численности закрепощенного и феодально-зависимого населения. В связи с созданием регулярной армии, военно-морского флота и Северной войной появилось множество новых повинностей, неведомых крестьянам предшествующего времени: мобилизации на строительство кораблей, подводная и постойная повинности. Новой и самой обременительной повинностью была рекрутская, когда семья навсегда лишалась работника. Периодичность набора рекрутов зависела от потерь на театре военных действий. Ничто так не угнетало крестьян, как появление множества новых налогов. Введение их было беспорядочным, назначались они по мере надобности в деньгах на покрытие возникавших одна за другой прорех в бюджете.

Введение подушной подати

Главная социальная мера правительства в отношении крестьян состояла в проведении переписи 1718—1724 гг., с окончанием которой в России подворное обложение было заменено подушной податью. Начиная с 1678 г. единицей обложения в стране был двор. В первом десятилетии XVIII в. правительство, испытывая большую нужду в деньгах и рассчитывая на прирост населения, решило в 1710 г. провести новую перепись, обнаружившую уменьшение населения. Основная причина выявленной «пустоты» состояла в бегстве крестьян. Но вместе с тем имела значение и утайка дворов, осуществляемая помещиками. Чтобы уменьшить число плательщиков, они нередко объединяли несколько семей родственников, а иногда и чужих друг другу людей в один двор. В 1718 г. правительство приступило к проведению подушной переписи населения, причем эта задача была возложена на самих помещиков, которых обязали предоставить сведения в течение года.

Но прошло несколько лет, а помещики, несмотря на неоднократно повторявшиеся грозные указы правительства, сведений не подавали, а те из дворян, которые предоставили их, как выяснилось, показали в них не все число крепостных, которыми они фактически владели. Не добившись «сказок» о численности населения от помещиков и монастырей, правительство в 1722 г. решило обревизовать наличные ведомости и для этого привлекло офицеров. Таким образом, с 1722 по 1724 г. была проведена ревизия результатов первой переписи. С этого времени переписи получили название ревизий. Проведенная ревизия и связанная с ней податная реформа имели троякое значение: финансовое, социальное и полицейское. Финансовое значение состояло в том, что она позволила перейти от подворного обложения к подушному. На крестьян было возложено содержание армии, а на посадских — флота. Размер подати определили арифметическим путем: 4 млн рублей, требуемых на армию, разделили на число крестьян-налогоплательщиков, получилась сумма в 74 копейки. Налог с посадских составлял 1 рубль 14 копеек.

В целом доход государства по смете 1724 г. по сравнению с 1680 г. увеличился в 3 раза. Это не значит, что налоговый гнет давил с тройной силой: на рост доходов немаловажное влияние оказывало значительное увеличение численности налогоплательщиков, а также возросшие поступления от развивавшихся промышленности и торговли. Социальное значение податной реформы состояло в том, что она стала важнейшей после Уложения 1649 г. вехой в развитии крепостного права. Если Уложение оформило крепостное право для основной массы сельского населения, то податная реформа распространила крепостную зависимость на слои населения, которые либо были свободными (гулящие люди), либо имели возможность обрести свободу после смерти господина (холопы).

И те и другие становились навечно крепостными. В процессе проведения податной реформы был образован новый разряд крестьян, получивших название государственных. В него вошли черносошные крестьяне Севера, однодворцы южных уездов, пашенные люди Сибири и ясашные люди Среднего Поволжья общей численностью в 1 млн душ мужского пола. Государственных крестьян правительство обязало платить в казну сверх подушной подати 40-копеечный оброк, т. е. сумму, которую, как считали, вносила мужская душа помещику, монастырю и дворцовому ведомству. Это означало включение государственных крестьян в сферу феодальной эксплуатации. Первая ревизия, таким образом, пристроила к государственному или владельческому тяглу все трудовое население страны, не оставив среди сельских жителей людей, свободных от крепостной зависимости.

Третий аспект ревизии — полицейский — состоял во введении в стране паспортной системыКаждый крестьянин, уходивший на заработки дальше 30 верст от постоянного места жительства, должен был иметь паспорт с указанием срока возвращения домой. Паспортная система затрудняла перемещение сельского населения и на долгие годы затормозила формирование рынка рабочей силы. Она облегчила борьбу с бегством, в чем и состояло ее главное назначение: всякий, кто не имел паспорта, подлежал задержанию и выяснению личности в воеводской канцелярии.

Городская реформа

Если по отношению к крестьянству и дворянству правительство проводило политику систематического нагнетания средств принуждения к службе государству, то в отношении купечества оно придерживалось более гибкой политики. Царю пришлось искать выход из затруднительной ситуации: с одной стороны, он знал, что «деньги суть артериею войны», их необходимо иметь для удовлетворения растущих расходов на войну, а с другой — разделял мнение известного публициста И. Т. Посошкова о том, что «без купечества никакова, не токмо великое, но ни малое царство стояти не может». Перед царем возникла труднейшая задача, как совместить несовместимое: добиться процветания купечества с одновременным увеличением налогов и повинностей. Сиюминутные потребности, острая нужда в деньгах вынудили Петра принести интересы купечества в жертву интересам государства. Первое крупное изъятие денежных средств у посадских людей состоялось еще в 1696 г., когда государство обязало их соорудить, оснастить и укомплектовать экипажами 12 кораблей. Другим средством ущемления интересов купечества в пользу государства являлось объявление в 1705 г. государственной монополии на продажу за границу самых ходовых товаров: юфти, дегтя, пеньки, смолы, поташа и конопляного семени. Тем самым купцов лишили важных источников дохода.

Урон купечеству наносило стремление царя направить товарные потоки из Архангельска в Петербург. Мера, по идее, была разумной, ибо морской путь через Балтийское море считался менее опасным, а маршрут от Москвы к устью Невы — в 2 раза короче, чем к устью Северной Двины. Эти преимущества, однако, сводились на нет, и купцы терпели убытки от предложенных царем сжатых сроков выполнения указа: утрачивались налаженные связи по транспортировке грузов, становились ненужными складские помещения и т. д. Бремя непосильных повинностей на купцах сказалось довольно быстро: к 1715 г. половина гостей, а также торговых людей гостиной и суконной сотен, т.е. самых богатых представителей купечества, оказалась настолько разоренной, что прекратила торговые операции, а другая половина продолжала торговать, но в неизмеримо меньших размерах. Возможность проявить заботу о разоренном купечестве и посадских у Петра появилась только в конце царствования. Отметим три правительственные меры в этом направлении.

  1. Государство в 1717—1719 гг. отказалось от монополии на продажу за границу некоторых ходовых товаров.
  1. Учреждение для городских ремесленников цехов(1722). Если в средневековой Западной Европе инициатива возникновения цехов исходила от самих ремесленников, пытавшихся жесткой регламентацией предотвратить конкуренцию и усилить свои сословные позиции, то в России цехи были организованы по инициативе государства. Цехи были учреждены прежде всего для удобства распределения государственных заказов на изготовление разрозненными ремесленниками изделий для армии и флота. Русские цеховые уставы были лишены ряда ограничений, тормозивших развитие ремесла: не регламентировались размеры производства мастера, разрешалось держать любое количество подмастерьев, допускалась конкуренция. Администрация цехов следила за качеством изделий, каждое из них должно было иметь клеймо мастера. Это способствовало улучшению качества продукции.
  1. Учреждением в 1720 г. Главного магистратаНапомним, Ратуша и земские избы были ликвидированы в годы проведения областной реформы (1708—1710). Фактическая власть в Главном магистрате и городских магистратах находилась в руках богатых купцов, притеснявших мелкий ремесленный люд. Члены городских магистратов избирались пожизненно и за «тщательное радение» могли быть пожалованы в дворянство.

Таким образом, городская реформа укрепила права купечества и тем самым способствовала устранению негативных последствий политики правительства в годы Северной войны.

Значительные изменения произошли и в экономике России в 1/4 XVIII в. Уже экономическая политика царя Алексея Михайловича была проникнута идеей меркантилизма. Но то был меркантилизм, нацеленный на поощрение развития отечественной торговли и защиту интересов русских купцов от иностранных конкурентов. Меркантилизм петровского времени поощрял развитие не торговли, а промышленности, прежде всего мануфактурного производства и защиту изделий отечественной мануфактуры. Здесь царь встретился с трудностями, которые могло преодолеть только государство: в стране отсутствовали богатые купцы, владевшие капиталом, достаточным для сооружения и эксплуатации мануфактур. Отсутствовали и квалифицированные кадры, знавшие технологию мануфактурного производства. Трудности усугублялись огромными размерами территории — капитал уральских заводов совершал один оборот в полтора-два года.

0012-021-manufaktura

Промышленные предприятия сооружались на казенные деньги с последующей передачей их на льготных условиях в частные руки. В последующее время были созданы учреждения, ведавшие промышленностью и промышленниками, а также внешней торговлей: Берг-коллегия (металлургия), Мануфактур-коллегия (легкая промышленность), Коммерц-коллегия (внешняя торговля). Привлекательность этих учреждений для купцов, вложивших капиталы в производство, состояла в изъятии их, а также их мануфактур из ведения местной и центральной администрации: судом и расправой ведали только названные выше учреждения. Берг-коллегия, кроме того, производила бесплатную экспертизу найденной руды на предмет содержания в ней железа или меди, высылала специалистов, определявших пригодность избранного места для постройки завода.

Но главная привилегия, которой особенно дорожили мануфактуристы, состояла в предоставлении им в 1721 г. права покупать к мануфактурам крепостных крестьян. Промышленнику предоставлялось ограниченное право распоряжения такими крестьянами (позже их называли посессионными). Они являлись принадлежностью предприятия, и мануфактурист был лишен права передавать их по наследству, закладывать и продавать отдельно от предприятия, равным образом как и предприятие отдельно от крестьян. Это, однако, нисколько не мешало мануфактуристу в полной мере пользоваться правами помещика — он чинил над ними суд и расправу. Поэтому значение указа 1721 г. нельзя расценивать однозначно. С одной стороны, он положил начало использованию крепостного труда в промышленности, с этого времени ведет свое начало крепостная мануфактура. С другой стороны, промышленники не располагали возможностью комплектовать штаты мануфактур наемными работниками — с первой ревизией исчезло незакрепощенное и не пристроенное к тяглу население. Поэтому иными источниками комплектования предприятий рабочей силой в той ситуации государство не располагало.

Немаловажное влияние на развитие промышленности оказал охранительный таможенный тариф 1724 г., защищавший от конкуренции западноевропейских мануфактур, располагавших многовековым опытом производства. Ввоз промышленных товаров регулировался различными размерами пошлин. Самые высокие пошлины в 75% от цены товара устанавливались для тех изделий, производство которых в России могло полностью удовлетворить спрос внутреннего рынка (воск, восковые свечи, железо, крахмал, парусина и др.). Но на бумагу, например, устанавливалась более низкая пошлина — в 25% к ее цене на том основании, что в России ее производилось недостаточно. Покровительственный тариф оказывал двойственное влияние на отечественную промышленность: он защищал ее от конкуренции и в то же время создавал русским мануфактурщикам монопольное положение на внутреннем рынке, что не стимулировало улучшения качества изделий и снижения их цены. Поэтому высокие ввозные пошлины на определенном этапе превращаются в тормоз промышленного развития.

Активное развитие мануфактур

Подводя итог экономическому развитию в ¼ XVIII в., стоит отметить, что в сельском хозяйстве оставались неизменными список возделываемых культур и сельскохозяйственная техника. Правда, указ 1715 г. предлагал вдвое увеличить в западных районах страны посевы льна и конопли, ввозились улучшенные породы овец. Несомненна связь этих правительственных мер с появлением суконных и полотняных мануфактур, но неизвестно, как указ был реализован и в какой мере привезенные овцы улучшили овцеводство. Как и в предшествующем столетии, торговым центром страны оставалась Москва, куда стягивались товары со всех районов России. Сохранили свое значение ярмарки. Одни из них обслуживали близлежащую округу в течение нескольких дней. Другие продолжались несколько месяцев и являлись торгами всероссийского значения — это были ярмарки, унаследованные от XVII в.: Макарьевская, Свенская, Ирбитская и др.

%d0%ba%d0%b0%d1%80%d1%82%d0%b0-%d0%bf%d0%be-%d1%8d%d0%ba%d0%be%d0%bd%d0%be%d0%bc%d0%b8%d0%ba%d0%b5-18-%d0%b2%d0%b5%d0%ba%d0%b0

Экономическое развитие России в 1/4 XVIII вв.

Оживлению торговли способствовало улучшение путей сообщения, устройство первых в России каналов. После Азовских походов были начаты работы по сооружению канала Волга — Дон. Однако в связи с утратой Азова это начинание забросили. Вышневолоцкий канал связал дешевым водным путем обширный бассейн Волги с северо-западными областями России и с Петербургом. Суда, шедшие по Вышневолоцкой системе, нередко терпели аварии в бурном Ладожском озере, поэтому началась прокладка обводного канала от устья Волхова до истоков Невы. Строительство Ладожского канала длиной в 104 версты было закончено в 30-х гг. На Балтийском море Россия приобрела несколько новых портов (Петербург, Рига, Ревель, Выборг), обеспечивавших кратчайший путь в Европу. Из России, помимо традиционных товаров (пенька, лен, юфть, сало, смола, мачтовый лес), вывозились изделия молодой русской промышленности — железо, полотно.

Из-за границы на русский рынок поступали преимущественно предметы потребления высших сословий: шерстяные и шелковые ткани, напитки, сахар, кофе и др. Главными покупателями русских товаров были Англия и Голландия. Во внешней торговле Россия добилась активного торгового баланса — в 1726 г. вывоз товаров превышал ввоз в 2 раза. Поразительных результатов Россия достигла в области промышленного строительства: в конце XVII в. в стране насчитывалось 10—12 мануфактур, из которых одна полотняная, а остальные — металлургические заводы. В 1725 г. в России действовало около сотни мануфактур самого разнообразного профиля. Среди них были предприятия по изготовлению красок и сахара, игральных карт и курительных трубок, шелковых тканей и игл, лент и позументов. Особенно заметны были результаты в металлургии: если в 1700 г. выплавка чугуна составляла 150 тысяч пудов в год, то в 1725 г. она увеличилась более чем в 5 раз и равнялась 800 тысячам пудов. В конце XVII в. Россия ввозила медь и высококачественное железо из Швеции; с 20-х гг. XVIII в. Россия сама выступала экспортером железа, поставляя на рынок высокого качества металл уральских заводов. Полотно русских мануфактур охотно покупали морские державы.

Социально-экономическая политика (1725-1762)

При Петре Великом дворянство являлось служилым сословием, обремененным пожизненной военной службой и обязанностью учиться. После Петра протекал медленный процесс освобождения дворянства от обязанностей и превращения его из служилого сословия в землевладельческое, более всего заботившееся о своем хозяйстве. Правительство Анны Ивановны в 1730 г., идя навстречу пожеланиям шляхетства, отменило указ о единонаследии, а в следующем году учредило сухопутный шляхетский корпус. Контингент учащихся в нем был ограниченным, и поэтому сеть сословных учебных заведений для дворянства в последующие десятилетия значительно расширилась: Морскую академию преобразовали в Морской шляхетский кадетский корпус, а в 1762 г. Артиллерийская и Инженерная школы были реорганизованы в Артиллерийский и Инженерный шляхетские корпуса. К придворной и гражданской службе детей дворян готовил основанный в 1759 г. Пажеский корпус.

Если во времена Петра обучение в школах считалось обременительной обязанностью, то теперь чадолюбивые родители пускались во все тяжкие, чтобы пристроить своих детей в какой-либо кадетский корпус — обучение в них стало престижным. Повинность, таким образом, превратилась в привилегию. Одновременно с расширением сети сословных учебных заведений детям родителей, имевших свыше тысячи крепостных, разрешалось получать домашнее образование. Поначалу правительство учредило жесткий контроль за качеством домашнего обучения, но Манифест о вольности дворянской 1762 г. отменил все строгости. Правительство удовлетворило требование шляхетских проектов о сокращении срока службы.

Правда, Манифестом 31 декабря 1736 г. он был установлен в 25 лет, а не в 20, как того требовали дворяне. Так как манифест был обнародован во время русско-турецкой войны, то реализация его началась с 1740 г. Дворяне, однако, тяготились и 25-летним сроком службы и домогались полного освобождения от нее. Этот вопрос интенсивно обсуждали при Елизавете Петровне в середине 50-х гг. И уже тогда он созрел настолько, что Манифест Петра III «О вольности дворянской» 18 февраля 1762 г. дословно повторял слова документа, составленного несколькими годами раньше. И мелкопоместные дворяне, и дворяне, владевшие многими сотнями и даже тысячью и более крепостных и поспешившие уйти в отставку, вскоре возвратились на службу — жалованье и им оказалось необходимым.

 80843667_4594402_bal

К рассмотренным выше привилегиям дворянства надлежит добавить еще одну — расширение прав на личность и результаты труда крестьянина, тоже составлявших один из краеугольных камней правительственной политики. Труд крестьянина являлся источником благополучия его самого, государства и помещика: чем больше берет государство, тем меньше остается помещику, и наоборот. Из многочисленных повинностей крестьян и горожан фиксированной, т. е. точно установленной размером, была одна — уплата подушной подати в 74 коп. с крестьянской души мужского пола, принадлежавшей помещику, монастырю и дворцовому ведомству, 1 рубль 10 копеек — с государственных крестьян и 1 рубль 20 копеек — с горожан. Другая тягловая повинность крестьян и горожан — рекрутская — не была величиной постоянной и зависела от того, в мирное или военное время производились рекрутские наборы, а также от потерь на театре военных действий.

К нефиксированным повинностям относились периодически производившиеся сборы драгунских лошадей, привлечение крестьян и горожан на строительные работы, на перевозку грузов и т. д. Повинности в пользу помещика тоже не были регламентированы, но их размер постоянно увеличивался. Рост владельческих повинностей легче проследить на размере крестьянского оброка — в середине 20-х гг. он равнялся 40 копейкам с мужской души, т.е. был меньше подушной подати почти в 2 раза. На протяжении XVIII в. размер подушной подати оставался неизменным, в то время как денежный оброк постоянно повышался и к середине столетия достиг 1—2 рублей, а к концу века — 4—5 рублей.

Чтобы помещик имел возможность извлекать повышенный оброк или принуждать крестьянина больше времени отдавать барщине, надо было предоставить барину дополнительные права в сферах судебной, полицейской и административной. Законодательство на этот счет крайне бедно — здесь действовал не столько закон, сколько обычное право. Важным источником обычного права являются вотчинные инструкции приказчикам. Каждая помещичья инструкция отражала личность барина, его нравственный облик, меру образованности и милосердия. Одни из них преследовали леность и неучтивость, другие главным пороком считали пьянство, третьи — воровство и сквозь пальцы смотрели на пьянство, четвертые бесцеремонно вторгались в семейную жизнь и т. д.

Из карательной власти барина и его приказчиков исключались всего лишь три вида преступлений: политические, разбой и смертоубийство. Однако вотчинник выступал и в роли заботливого хозяина, беспокоившегося о благополучии крестьянской семьи, ибо понимал, что его собственное благополучие находится в прямой зависимости от достатка крестьянской семьи. Отсюда готовность помочь крестьянину, оказавшемуся в беде: при падеже скота, гибели посевов, пожаре, лишении кормильца и т. д. Подобное попечительство называется патернализмом, оно органически присуще обществу с патриархальным укладом жизни.

Подверглось изменению и положение церкви. В ее истории прослеживаются два разных по содержанию, но связанных между собою сюжета:

  1. Секуляризационный процесс, т. е. изъятие у духовенства земли и крестьян. Частичная секуляризация церковных владений, осуществленная Петром Великим в 1701 г., была отменена в 1721 г. К судьбе церковных владений возвратились в 1726 г., когда под предлогом того, что внимание Синода было приковано к управлению вотчинами в ущерб чисто церковным заботам, решили разделить его на два департамента, причем первый департамент состоял исключительно из духовных иерархов, а второй — из светских чинов. Первый департамент управлял всеми духовными делами церкви, на попечение второго передавалось все относившееся к хозяйству и судебные дела. Вскоре после реформы 1726 г. второй департамент был назван Коллегией экономии. В апреле 1738 г. ее подчинили Сенату. Дело шло к секуляризации, но тому помешали следующие обстоятельства: автор секуляризационного проекта П. И. Мусин-Пушкин оказался причастным к процессу А. П. Волынского, попал в опалу и был отстранен от должности. Спустя полгода скончалась и Анна Ивановна, так что начавшаяся было перепись церковного имущества прекратилась. Более того, при Анне Леопольдовне Синоду удалось вернуть вотчины в свое управление. После вступления на престол Елизаветы Петровны Синод добивается еще одной, кстати последней, победы — ликвидации Коллегии экономии и создания вместо нее Канцелярии синодального экономического правления, полностью подчинявшейся Синоду и укомплектованной духовными, а не светскими чиновниками. Колебания правительств свидетельствуют об упорном отстаивании духовными феодалами своих прав на землю и душевладение и не менее упорном их сопротивлении секуляризации. С другой стороны, за колебаниями правительств нетрудно разглядеть общую тенденцию развития процесса, его неотвратимость и приближение его завершения. Даже набожная Елизавета Петровна в 1757 г. заявила о необходимости изъятия управления вотчинами из рук монастырских служек и передачи их штаб- и обер-офицерам, о составлении описей имущества монастырей, об установлении размера повинностей с монастырских крестьян, равных получаемым помещиками от своих крестьян. Новый импульс в секуляризации монастырских вотчин связан с именем Петра III, не обремененного симпатиями ни к духовенству, ни к православной вере. Указ 16 февраля 1762 г. освобождал монашествующих «от житейских и мирских попечений» и изымал в пользу государства недвижимое и движимое имение монастырей и церквей.
  1. Соблюдения чистоты веры, борьбы с расколом и сектантством, христианизации нерусских народов, печатания и распространения церковной литературы. Смирившись с ролью учреждения, целиком подчиненного светской власти, Синод сосредоточил внимание на распространении христианства среди иноверцев Среднего Поволжья и Сибири, а также просвещении духовенства. Первые попытки обратить иноверцев в христиан относятся к XVII в., но ни в этом столетии, ни даже при Петре I христианизация не приобрела широкого размаха, и деятельность христианских проповедников имела скромные результаты. Объяснялось это запрещением прибегать к насилию, а принявшие крещение народы Сибири (ханты, вогулы, манси) освобождались от уплаты ясака, что наносило ущерб интересам казны. При Петре I, напротив, проводили насильственную христианизацию, и указ 1710 г. грозил отказавшимся принять христианство смертной казнью. В последующие десятилетия вновь вернулись к практике поощрения принявших христианство освобождением от уплаты ясака. Нередко крещение носило формальный характер. Новокрещен, освободившись от уплаты ясака и бесплатно получив соль, муку, одежду, но не зная русского языка и не понимая сути новой для него религии, продолжал молиться идолам, не почитал икон и, чтобы получить льготы и подарки, крестился повторно. Более серьезные успехи были достигнуты в христианизации народов Поволжья, особенно после учреждения в 1740 г. Конторы новокрещеных дел. По ее данным, скорее всего преувеличенным, за 15 лет (1741 —1756) она крестила 407 тысяч чувашей, черемисов, удмуртов. Христианство, по сравнению с идолопоклонством и шаманизмом, представляло более совершенную религиозную систему, и поэтому миссионерская деятельность православных священников заслуживает положительной оценки. На попечении Синода находились школы для детей духовенства. К началу 40-х гг. в стране насчитывалось до 17 семинарий, а к началу 60-х гг. их было уже 26 с 6 тысячами учащихся. Церковь, таким образом, выполняла роль распространителя просвещения — нередко на селе священник и дьячок были единственными грамотными людьми, и их услугами пользовались для обучения своих детей не только крестьяне, но и помещики.

Экономическая политика и сословия

Экономическая политика правительства, как и тесно связанная с ней социальная политика, тоже проводилась прежде всего в интересах дворянства. Ее цель состояла в оказании помощи помещикам приспособиться к новым условиям — проникновению рыночных отношений в поместье. Помещики перестали довольствоваться реализацией на рынке излишков сельскохозяйственной продукции в первозданном виде и начали заниматься ее переработкой, что приносило неизмеримо больший доход, чем продажа зерна, пеньки, шерсти и др. Важнейшей отраслью переработки сельскохозяйственного сырья было винокурение. Поставками вина в казну в первой половине XVIII в. занимались как купцы, так и помещики, но последние вследствие обязанности нести пожизненную службу в армии лишены были возможности вплотную заняться хозяйственными заботами: в 1719—1725 гг. помещичьи винокурни поставляли в казну менее одной пятой доли вина. По мере ослабления служебных забот дворян и вовлечения их хозяйств в рыночные отношения увеличивалась способность вотчин удовлетворять спрос на вино. В начале 50-х гг. правительство убедилось в возможности дворянских винокурен вместе с казенными с избытком обеспечить вином питейные дворы.

В результате в 1754 г. последовал указ, запрещавший купцам заниматься винокурением: им предложено было в 6-месячный срок сломать свои винокурни либо продать их дворянам. Винокурение, таким образом, объявлялось дворянской монополией, и помещики избавились от конкурентов в лице купцов. В 40—50-х гг. было положено начало дворянскому предпринимательству и в других отраслях промышленности, где дворяне могли использовать собственное сырье на полотняных и суконных мануфактурах. Но на этом дело не закончилось. Петр Великий в 1721 г. предоставил право промышленникам покупать крепостных крестьян к мануфактурам, чем нарушил монопольное право дворян на владение крепостными. Право покупки крестьян к мануфактурам было одной из важнейших привилегий промышленников из купцов, и они широко воспользовались этим правом, ибо оно обеспечивало их предприятия дешевым трудом. К 1780 г. за мануфактуристами числилось свыше 76 тысяч душ купленных крестьян мужского пола.

Однако Петр III запретил указом 1762 г. покупку крестьян к заводам. Это запрещение имело три следствия: восстанавливалось монопольное право дворян на душевладение; дворяне-предприниматели получили преимущество перед промышленниками из купцов; третье следствие указа состояло в расширении использования наемного труда в промышленности, что влекло в перспективе к распространению более передовых отношений в производстве. Мануфактуристы упорно домогались восстановления утраченной привилегии, но правительство свято блюло интересы дворян и многочисленные челобитные и выступления депутатов в Уложенной комиссии 1767—1768 гг. оставило без последствий.

Правительство использовало еще одно средство оказания помощи дворянам — оно обеспечило их дешевым кредитом и тем самым избавило от опасности оказаться в цепких объятиях ростовщиков. Речь идет о создании в 1754 г. двух банков. —Дворянского и Купеческого. О предпочтительном отношении правительства к интересам дворян свидетельствуют суммы исходного капитала в банках и условия выдачи кредита: изначальный капитал Дворянского банка составлял 750 тысяч рублей, в то время как Купеческого — только 500 тысяч рублей; срок погашения ссуды в Дворянском банке достигал трех лет, в то время как в Купеческом — шести месяцев. По идее, Дворянский банк был призван поддерживать начинания дворян в перестройке их хозяйства. Практически банк не оправдал этих надежд, ибо львиная доля банковских ссуд оказалась в руках вельмож, использовавших их не для вложения в хозяйство, а на потребительские нужды. Таким образом, банковский кредит для дворян, как и раздача казенных заводов, являлся санкционированным правительством грабежом казны.

Грандиозным проектом реформ XVIII в. стала отмена внутренних таможенных пошлин  (П. И. Шувалов).  Главный итог отмены сбора внутренних таможенных пошлин в 1754 г. — устранение помех для внутренней торговли, что благотворно отразилось на экономическом развитии страны.

Социально-экономическое развитие России во 2/2 XVIII в.

Во 2/2 XVIII в. территория России расширилась за счет присоединения к ней земель, отошедших в результате разделов Польши, присоединения Северного Причерноморья и Приазовья, а также Крыма. Таким образом, Россия вышла к побережью Черного и Азовского морей на юге, а на западе к ней отошли земли Верхнего Поднепровья, Подвинья и части Лифляндии. Как и в предшествующее время, в стране преобладало сельское население: в конце столетия из каждых 100 жителей в городах пребывало только 4 человека. Среди селян большинство составляли помещичьи крестьяне (51,3%), за ними следовали государственные и дворцовые. Основная масса населения размещалась в центральных губерниях нечерноземной и черноземной полосы.

Сельское хозяйство продолжало экстенсивный путь развития. Рекомендации Вольного экономического общества по применению более совершенных систем земледелия и орудий обработки почвы в большинстве своем оставались невнедренными, ибо они требовали от землевладельца затрат и стремления к рационализации. Помещики, как правило, не вникали в хозяйственные заботы, продолжали вести хозяйство по старинке, уповая на опыт приказчиков. И все же на протяжении 2/2 XVIII в. наблюдалось значительное увеличение производства зерна, продуктов животноводства и технических культур. Достигалось это преимущественно за счет введения в хозяйственный оборот новых земель, т. е. экстенсивной формой развития. К ним в первую очередь относятся богатые черноземами земли Северного Причерноморья, ранее пустовавшие и называвшиеся Диким полем. Земледелие внедрялось в хозяйство донских казаков, а также на территории Северного Кавказа, Урала, Среднего Поволжья, некоторых народов Сибири.

Особое внимание было обращено на освоение Новороссии, как стали называть территорию Северного Причерноморья. Помещикам, обязавшимся переселить сюда крепостных, правительство выделяло участки от 1500 до 12 тысяч десятин. В целях заселения края землю в 60 десятин могли получить «всякого звания люди», за исключением крепостных крестьян. На земли Среднего Поволжья приглашались немецкие колонисты. К территориям, где стали заниматься земледелием, относятся также Урал и Сибирь. Там местное население, общаясь с русскими, заводило пашни. Башкиры, буряты, якуты частично переходили от экстенсивного скотоводства к земледелию, от кочевой жизни к оседлости, от первобытных способов охоты к применению более совершенных приемов добычи пушнины. Появились новые культуры, среди которых значился картофель, хотя и известный в России с конца XVII в., но внедрявшийся так медленно, что и в конце XVIII в. «земляное яблоко» считалось огородным овощем. Другой новой культурой был подсолнечник, возделываемый преимущественно на Украине и в Новороссии.

%d0%ba%d0%b0%d1%80%d1%82%d0%b0-%d0%bf%d0%be-%d1%8d%d0%ba%d0%be%d0%bd%d0%be%d0%bc%d0%b8%d0%ba%d0%b5-%d1%87%d0%b0%d1%81%d1%82%d1%8c-2

Экономика России во второй половине XVIII в.

Промышленность в своем развитии опережала сельское хозяйство. Особенно бурными темпами осваивались горнорудные богатства Урала, где к концу столетия действовало множество железоделательных и медеплавильных заводов. Увеличение производства железа стимулировал не столько внутренний, сколько внешний рынок, преимущественно английский, куда продавалась его львиная доля. Промышленный переворот в Англии совершался за счет использования уральского железа. По выплавке чугуна Россия занимала во второй половине XVIII в. первое место в мире. Лишь к концу XVIII в. англичане, применявшие более совершенную технологию и использовавшие вместо древесного угля каменный, приблизились к выплавке чугуна русскими, а в следующем столетии оставили их далеко позади. На Урале сформировались крупные промышленные хозяйства, принадлежавшие таким магнатам, как Яковлевы, Демидовы, Походяшины, Твердышев с Мясниковым и др. Они владели не только промышленными предприятиями, но и тысячами крепостных, купленных ими к заводам. Уральская промышленность в XVIII в. развивалась и процветала на базе широкого использования крепостного труда. В легкой промышленности важнейшими отраслями были суконное, парусно-полотняное и шелковое производства. Парусно-полотняное производство, как и металлургическое, издавна было связано с внешним рынком. Что касается суконного производства, то оно работало преимущественно на армию, готовя мундирное сукно. Заказчиком здесь выступала казна. Шелковые и позументные мануфактуры работали исключительно на внутренний рынок, изготавливая ленты, позументы и платки. Изменилась география размещения предприятий. Если в первой четверти XVIII в. Москва сосредоточивала основную массу предприятий, то в последующие десятилетия за старой столицей сохранилась преобладающая роль только в шелковом производстве. Парусно-полотняная промышленность интенсивно развивалась на периферии, к северу и западу от Москвы, где издавна возделывались лен и конопля. Суконные мануфактуры, напротив, возникали в южных районах, где существовали благоприятные условия для овцеводства, — в Воронежской губернии и на Украине. Самое важное новшество в текстильной промышленности состояло в возникновении хлопчатобумажного производства. По темпам развития оно намного опережало все прочие отрасли легкой промышленности. Центром хлопчатобумажного производства стало село Иваново. Однако рынок страны насыщали промышленными изделиями не столько крупные предприятия, сколько сотни и тысячи мелких заведений в крестьянских промыслах, производивших полотно, ленты, разнообразные изделия из металла, глины, дерева и т. д. На протяжении 2/2 XVIII в. наблюдалась общая тенденция роста удельного веса наемного труда в промышленности. Если в шелковом и хлопчатобумажном производствах наемный труд с самого возникновения отраслей был единственным, то в суконной и парусно-полотняной промышленности мануфактуристы во второй половине XVIII в. вынуждены были привлекать наемных работников, поскольку источник обеспечения мануфактур крепостным трудом был перекрыт — указ 1762 г. запрещал покупать крепостных крестьян владельцам крупных предприятий. Эта тенденция отражала прогресс в промышленности, состоявший в вытеснении крепостной мануфактуры капиталистической.

Рост промышленности, развитие отхожих промыслов крестьян, как и разделение районов на барщинные и оброчные, способствовали расширению внутреннего рынка. Увеличение численности городского населения, хотя и незначительное, тоже вынуждало обращаться к услугам внутреннего рынка. Систематический рост оброчных повинностей в пользу помещика и государства стимулировал укрепление связей с рынком крестьянского хозяйства.

Навстречу потокам промышленных товаров, следовавших из промысловых областей в черноземные районы, из Черноземья шли товары сельскохозяйственного производства: хлеб, мясо, кожи, шерсть, мед, воск. Крупным потребителем привозного продовольствия являлся Петербург. Из Петербурга на периферию следовали промышленные товары западноевропейского производства. Внутренняя торговля, как и раньше, разделялась на стационарную и временную. Стационарная торговля производилась в городах либо ежедневно, либо в определенные дни недели. Для сельского населения основными пунктами обмена были торжки и ярмарки, количество которых тоже увеличилось, что свидетельствовало о втягивании крестьян в рыночные отношения.

На структуре внешней торговли сказались успехи в развитии отечественной промышленности: в экспорте возрос удельный вес уральского железа. Вывозились также полотно и льняные ткани. Новым в экспорте России явилась из десятилетия в десятилетие увеличивавшаяся продажа зерна за границу. Это был результат освоения чернозема Дона, Северного Кавказа и Новороссии. Тенденция роста вывоза хлеба не исключала его неустойчивости — в неурожайные годы он значительно сокращался. Главным потребителем русских товаров являлась Англия. Она закупала в конце столетия до 80% железа, 58% пеньки, 60% льна. В импорте, как и в предшествующие десятилетия, преобладали сахар, сукна, краски, шелковые ткани, вина. Внешняя торговля продолжала находиться в руках преимущественно иностранных купцов, в особенности импорт. Внешнеторговые связи осуществлялись главным образом через Петербург и порты Прибалтики: Ригу, Ревель, Нарву. В торговле с Востоком преобладали изделия русских мануфактур. Русские купцы выступали также в роли посредников, продавая промышленные изделия западноевропейских стран.

 776425

Следующим крупным шагом в консолидации дворянства и купечества было обнародование 21 апреля 1785 г. двух жалованных грамот: одну — дворянству, другую — городам. «Грамота на права, вольности и преимущества благородного российского дворянства» (таково полное название первой грамоты) повторяла привилегии, которыми издавна пользовалось это сословие: освобождение от подушной подати, от расквартирования воинских команд. Подтверждены были монопольное право дворян на землю и крепостных, запрещение конфисковывать имение, если владелец совершил преступление, — в этом случае оно передавалось наследникам, право заниматься торговлей и предпринимательством, право иметь свои сословные учреждения.

К новшествам Жалованной грамоты дворянству относилось наименование первого сословия. Отныне оно называлось «благородным дворянством», освобожденным от телесных истязаний. Дворяне каждой губернии составляли дворянское общество, органом которого являлось дворянское собрание, созываемое, как и в уезде, один раз в 3 года. Помимо выбора предводителя и прочих должностных лиц, собранию разрешалось представлять наместнику или губернатору жалобы о своих нуждах, а в случае необходимости доносить о них Сенату и императрице. Дворянскому обществу предоставлялась дисциплинарная власть над своими членами, оно могло исключить из своей среды лиц, опороченных судом или дискредитировавших себя в личной жизни. Грамота вводила ценз, открывавший доступ к выборным должностям только лицам, чей доход с имения превышал 100 рублей в год. Итак, Жалованная грамота расширила право дворян на самоуправление и предоставила им возможность влиять на местную правительственную администрацию.

Другая грамота – горожанам, грамота включала права и привилегии горожан, предоставленные им предшествующим законодательством. К ним относятся освобождение верхушки купечества от подушной подати и замена рекрутской повинности денежным взносом, установленная указом 1776 г. Грамота городам вносила немало новшеств. К ним относится разделение городского населения на 6 разрядов и определение прав и обязанностей каждого из них. Привилегированную группу горожан составляли именитые граждане, к которым относились купцы с капиталом свыше 50 тысяч рублей, банкиры с капиталом не менее 100 тысяч рублей, а также городская интеллигенция: архитекторы, ученые, живописцы, композиторы. Именитые граждане освобождались от телесных наказаний, представителям третьего поколения именитых граждан разрешалось возбуждать ходатайство о присвоении дворянства.

К другой привилегированной группе относились купцы первых двух гильдий, освобождавшиеся от телесных наказаний, от казенных служб при продаже соли, вина и др. Остальное население города составляли мещане: цеховые ремесленники, домовладельцы, городские старожилы. Грамота вводила сложную систему городского самоуправления. Важнейшим органом самоуправления являлось созываемое раз в 3 года общегородское Собрание градского обществана котором производились выборы должностных лиц: городского головы, бургомистров, заседателей магистрата и Совестного суда. Исполнительным и постоянно действующим органом была Шестигласная думасостоявшая из городского головы и шести гласных — по одному от каждого разряда городского населения. Она осуществляла повседневное управление городом, следила за благоустройством, привозом товаров, продовольствия и т. д.

Помимо названных учреждений, в городском самоуправлении существовали Общая градская дума, члены которой избирались на собраниях граждан каждого из 6 разрядов, а также городские и губернские магистраты. Главная обязанность Общей градской думы состояла в избрании членов Шестигласной думы. Магистрат выполнял судебные и административные функции. На Жалованной грамоте городам и городской реформе лежала печать крепостнических порядков, выразившаяся прежде всего в делении городского населения на сословные группы и предоставлении каждой из них своих привилегий. Вместе с тем сокращение купеческих служб, как и освобождение от рекрутской повинности и подушной подати, благоприятно отразилось на купцах и промышленниках.

 

0_a7c95_5e57f055_xl

Русский город в XVIII веке

За многолетнее царствование Екатерина совершила немало поездок по стране: в 1763 г. — в города Верхнего Поволжья, в следующем году — в Прибалтику, в 1767 г. она посетила Среднее Поволжье, в 1780 г. — Белоруссию. Самой значительной и по протяженности пути, и по целям, и по конечным результатам была поездка в Крым в 1787 г. На первый взгляд поездки Екатерины можно сравнить с поездками Петра I. Но аналогия рассеивается при ближайшем рассмотрении целей путешествий. Петра влекли в путь нужды военного характера. Главные цели путешествий Екатерины — познавательная, инспекционная. И еще одно существенное различие: Петр зарекомендовал себя скромным путешественником, невзыскательным к бытовым удобствам, отправлявшимся в путь без свиты. Екатерина обожала блеск, торжественность, роскошь, триумфальные арки, ее непременно сопровождали не только русские вельможи, но и послы иностранных государств.

Дорого обходились казне эти царственные путешествия. Официальная цель поездки в Крым, предпринятой через 4 года после его присоединения к России, состояла в ознакомлении с результатами освоения обширной территории Новороссии и Крыма. Эта генеральная цель дополнялась не менее важной внешнеполитической задачей — показать южному соседу, что утверждение России в Северном Причерноморье и Крыму — не мимолетная акция, а основательная мера, рассчитанная на века. Еще одна цель, второстепенная, исходившая от Г. А. Потемкина, — показать императрице, как, благодаря его усилиям, некогда пустынные земли превратились в цветущий край. Екатерина отправилась в путь из Петербурга 2 января 1787 г. Кортеж ее состоял из 14 карет, водруженных на полозья, 124 саней и 40 запасных саней. Поражала своими размерами карета императрицы, которую тянули 30 лошадей. Она состояла из кабинета, гостиной на 8 персон, игорного стола и небольшой библиотеки. От Киева до Кременчуга императрица проделала путь на судах.

В Новороссии, находившейся в управлении Потемкина, взору путешественников представлялись благоустроенные населенные пункты и города, многочисленные стада скота, амбары, наполненные хлебом, нарядные толпы людей. Один из иностранцев писал, что мешки в амбарах вместо хлеба были наполнены песком, одни и те же стада скота перегонялись вдоль реки, а вместо благоустроенных деревень были расставлены макеты и декорации, искусно выполненные художниками. Отсюда пошло выражение «потемкинские деревни», означавшее показное благополучие. Доля истины в этом утверждении есть. Потемкин, хорошо зная вкусы императрицы, делал все, чтобы им потрафить. Но успехи в освоении края несомненны. В недавнем прошлом там не было ни одного жителя, к приезду Екатерины их стало 700 тысяч. В основанном в 1778 г. Херсоне были сооружены крепость и верфь, в порт стали прибывать иностранные корабли. Было положено основание Екатеринославу (1783). Не мифом, а реальностью был Севастополь с 400 домами и Черноморским флотом, состоявшим из 15 линейных кораблей.

 

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *